«Он злодей мне, а не муж, я ему не дура досталась молчать, когда он несет всякий вздор!» И тут она начинала бранить не только его, но и барыню свою, которая, истинно в материнских попечениях своих о подданных, сама приняла на себя труд избрать ей мужа;
выбор пал на сапожника не случайно, а потому, что он крепко хмелем зашибал, так барыня думала, что он остепенится, женившись, — конечно, не ее вина, что она ошиблась, errare humanum est! [человеку свойственно ошибаться! (лат.)]
Неточные совпадения
Выбор начальства
пал на Матвея Ильича Колязина, сына того Колязина, под попечительством которого находились некогда братья Кирсановы.
Наши сборы в экспедицию начались в половине марта и длились около двух месяцев. Мне предоставлено было право
выбора стрелков из всех частей округа, кроме войск инженерных и крепостной артиллерии. Благодаря этому в экспедиционный отряд
попали лучшие люди, преимущественно сибиряки Тобольской и Енисейской губерний. Правда, это был народ немного угрюмый и малообщительный, но зато с детства привыкший переносить всякие невзгоды.
Выбор места для бивака в таком лесу всегда доставляет много затруднений:
попадешь или на камни, опутанные корнями деревьев, или на валежник, скрытый под мхом.
— Я радуюсь только одному, — со слезами на глазах говорил Привалову доктор, когда узнал о его свадьбе, — именно, что
выбор Зоси
пал на вас… Лучшего для нее я ничего не желаю; под вашим влиянием совсем сгладятся ее недостатки. Я в этом глубоко убежден, Сергей Александрыч…
Тут я его в первый раз видел живым и должен сказать, что внешность этого секретаря Гамбетты была самая неподходящая к посту, какой он занимал: какой-то завсегдатай студенческой таверны, с кривым носом и подозрительной краснотой кожи и полуоблезлым черепом, в фланелевой рубашке и пиджаке настоящего"богемы". Не знаю уже, почему
выбор"диктатора"
упал именно на этого экс-нигилиста Латинской страны. Оценить его выдающиеся умственные и административные способности у меня не было времени, да и особенной охоты.
А в Екатерининский институт на бал можно
попасть лишь по строгому
выбору, по именному, личному приглашению.
Выбор недовольных всегда
падает на книги протестующие, и чем сдержаннее, чем темнее выражается протест, тем он кажется серьезнее и даже справедливее.
Она начала искать себе «героя», и
выбор ее
пал на Семена Павловича Орлицкого, мужская красота которого подходила ко многим романическим описаниям — его угрюмый, серьезный вид не оттолкнул молодой девушки, а напротив, раздражал ее страсть, и она в своих мечтах даже установила причину этой угрюмости, этого нелюдимства в семейном несчастьи доктора, окружив его ореолом мученика законного брака.
— Знаете, — сказал он помолчав, — прочтите мне еще что-нибудь, так, на
выбор, что-нибудь, куда глаз
попадет.
К сожалению, хотя, быть может, и не без тайного расчета,
выбор ее
пал на сумрачнейшую из крутогорских сплетниц, вдову умершего под судом коллежского регистратора, Катерину Дементьевну Шилохвостову.
Выбор князя Потемкина, искавшего мужа для своей младшей племянницы, Екатерины Васильевны Энгельгардт,
пал тоже на графа Скавронского.
Выбор главнокомандующего армией графа Румянцева-Задунайского, отправлявшего курьера с донесениями к императрице,
пал на Григорий Александровича.
Но яицкие заговорщики слишком привязаны были к своим богатым родимым берегам. Они, вместо побега, положили быть новому мятежу. Самозванство показалось им надежною пружиною. Для сего нужен был только прошлец, дерзкий и решительный, еще неизвестный народу.
Выбор их
пал на Пугачева. Им нетрудно было его уговорить. Они немедленно начали собирать себе сообщников.
Князю нужен был управитель, и
выбор его
пал на Николая Сергеича, отличнейшего хозяина и честнейшего человека, в чем, конечно, не могло быть и малейшего сомнения.
Молодой Савин,
попав в эту среду, очутился в той сфере, к которой он был приготовлен домашним баловством,
выбором школьных товарищей и развитыми слишком преждевременно жизненными вкусами.
Выбор графа
пал на его камердинера Якова, расторопного ярославца, с самого прибытия в Петербург служившего у графа и пользовавшегося особыми его милостями в виде денежных подачек и подарков старым платьем. Граф позвонил. Через несколько минут в уютном и комфортабельно убранном кабинете графа Иосифа Яновича Свянторжецкого появился его камердинер Яков. Это был франтовато одетый молодой парень, сильный и мускулистый, с добродушным, красивым, чисто русским лицом и плутоватыми быстрыми глазами.
По милости не расположенных к нему дворян его уезда, проникнутых не столько западною теорией о вреде"абсентеизма"сколько доморощенным убеждением, что"своя рубашка к телу ближе, он в 1855 году
попал в ополчение и чуть не умер от тифа в Крыму, где, не видав не одного"союзника", простоял шесть месяцев в землянке на берегу Гнилого моря; потом послужил по
выборам, конечно не без неприятностей, и, пожив в деревне, пристрастился к хозяйству.
Учился плохо, в полку был без году неделю, своей видной наружностью не умел воспользоваться, взять богатую и родовитую невесту, женился на дряни, по
выборам служил два трехлетия, и даже Станислава ему на шею не повесили, а другие из уездных-то предводителей в губернаторы
попадают, по нынешнему времени.
Потеряв надежду жениться на матери, граф устремил свои взоры на дочь; эта затея представляла немало трудностей, но зато она казалась вполне достижимою: путь, на который граф навел богомольную графиню, был верен, а
выбор ее не мог
пасть ни на кого другого.
Одним из самых пламенных желаний ее было, чтобы сын ее женился, хотя бы
выбор его
пал на бедную девушку; но
выбор этот не представлялся.
Хорошо, когда есть другой благонадежный охотник, которому поручить и доверить ястреба на время, а самому часок-другой уснуть; но надо быть осторожну в
выборе помощника; мне нередко случалось видеть, как
спит охотник, присев к забору, и
спит ястреб, сидя у него на руке, тогда как ястребу не следовало в это время даже и дремать. утвердительно сказать, что едва ли третья часть ястребов вынашивается хорошо.
Пускай
выбор твой
падет на бедную, хоть самую бедную дворянку, но только с добрым сердцем, скромную.
Конечно, мы погибли! Впрочем,
выбор мог быть только в том, что лучше — замерзнуть ли на вьюге или
пасть под ножом Селивана и его злых сообщников?
Ваня и Нина долго решают, кому быть отцом котят, и в конце концов
выбор их
падает на большую темно-красную лошадь с оторванным хвостом, которая валяется в кладовой под лестницей и вместе с другим игрушечным хламом доживает свой век. Ее тащат из кладовой и ставят около ящика.
Рекрутство же было торжеством корыстолюбивому правителю; ибо от оного по очереди откупались все богатые мужики, пока наконец
выбор не
падал <на> негодяя или разоренного.* Мирские сходки были уничтожены.
И стали мы судить и рядить: кого взять в кассиры? Кто не мерзавец? Кто не вор?
Выбор наш
пал на Ивана Петровича, помощника бухгалтера: тихоня, богомольный и живет по-свински, не комфортабельно. Мы его выбрали, благословили на борьбу с искушениями и успокоились, но… не недолго!
Это ни более ни менее как сын князя Василья, Анатоль, которого хотят пристроить, женив его на богатой и знатной девице, и на вас
пал выбор родителей.
И как умно, что
выбор совестного судьи зависит от дворянства, которое избирает обыкновенно на это место того, на кого
падает всеобщий голос, как на человеколюбивого и бескорыстнейшего человека.